Чикагская школа права (University of Chicago Law School) решила кардинально изменить подход к обучению первокурсников в эпоху искусственного интеллекта. С осени этого года студентам первого курса запретят использовать в аудиториях ноутбуки, планшеты и смартфоны. Кроме того, все экзамены будут проводиться очно, без доступа к интернету, электронным файлам и приложениям. Для выпускных работ введут устные собеседования с преподавателями – чтобы убедиться, что студент действительно понимает материал и написал текст самостоятельно.
В официальном заявлении учебного заведения подчёркивается, что это ответ на вызовы, которые генеративный ИИ ставит перед высшим образованием.
«Искусственный интеллект разрушает традиционные подходы, и наша приверженность строгому юридическому образованию означает, что мы должны быть готовы быстро адаптироваться», – говорится в документе.
Администрация опасается, что лёгкий доступ к нейросетям может «затормозить интеллектуальное развитие» студентов, сделать их чрезмерно зависимыми от технологий и помешать формированию критического мышления.
Вместе с тем школа не собирается полностью отказываться от ИИ. Напротив, её цель – разграничить продуктивное и непродуктивное использование. Профессор права и экономики Уильям Хаббард, возглавляющий комитет по ИИ, пояснил:
«Если вы хотите использовать ИИ как учебного партнёра – чтобы он на основе ваших конспектов генерировал вопросы для самопроверки, – это отлично. Это не лазейка, а способ улучшить обучение».
Клинический профессор Марк Темплтон добавил, что усилия направлены на то, чтобы направлять студентов «к такому использованию ИИ, которое способствует учёбе, а не препятствует ей».
Решение Чикагского университета – одно из самых жёстких среди американских юридических школ. Хотя отдельные преподаватели и раньше вводили запреты на гаджеты, здесь речь идёт о единой политике для всех первокурсников. Эксперимент уже проводился на нескольких курсах, и, по отзывам как студентов, так и преподавателей, дал положительные результаты. Примечательно, что юридическая профессия особенно уязвима перед ошибками ИИ: уже были случаи, когда адвокаты подавали в суд документы, содержащие вымышленные судебные прецеденты и неверные ссылки, сгенерированные нейросетями. Судьи не раз выносили замечания таким юристам, подчёркивая риски использования инструментов, которые могут звучать убедительно, но при этом ошибаться.
Другие школы тоже ужесточают правила. Например, Школа права Калифорнийского университета в Беркли запретила студентам использовать ИИ для «концептуализации, составления плана, черновика, редактирования и доработки» учебных работ и экзаменов. Однако Чикаго пошёл по другому пути: не пытаться изолировать учащихся от технологий, а признать, что юристы будущего неизбежно будут работать с искуственным интеллектом.
«Просто нереалистично думать, что студенты и юристы не будут использовать ИИ, – говорится в меморандуме университета. – Но юридические технологии меняются стремительно, и нет гарантии, что конкретные инструменты, популярные сегодня, будут полезны, когда нынешние студенты начнут практику».
Мнение редакции
Решение Чикагской школы права выглядит взвешенным и своевременным. Вместо панического запрета администрация пытается сохранить баланс: развивать навыки, которые машина пока не может заменить, – критическое мышление, устную аргументацию, способность самостоятельно анализировать источники. При этом использование нейросетей как вспомогательного инструмента не запрещается, а даже поощряется в определённых рамках.
Для российского образования, где дискуссия об ИИ только набирает обороты, такой подход может стать полезным ориентиром. Однако остаётся вопрос: насколько жёсткие меры оправданы в условиях, когда технологии проникают во все сферы? Возможно, через несколько лет подобные правила покажутся столь же архаичными, как сегодня – запрет на калькуляторы на уроках математики.
