Жалобы на «вату в голове», постоянную забывчивость и неспособность дочитать книгу до конца стали настолько массовыми, что для них придумали отдельный термин – цифровая деменция. За сухой формулировкой стоят вполне измеримые вещи: по данным опросов, лишь 14% россиян от 16 до 28 лет не замечают у себя проблем с концентрацией и памятью. Треть респондентов винит в этом инфошум и соцсети, ещё треть – банальную усталость.
Серьёзность проблемы подтверждают и медицинские данные. У людей, которые проводят перед экранами чрезмерно много времени, в мозге происходят изменения, схожие с картиной ранних когнитивных нарушений: падает концентрация, ухудшается память, страдает социальное функционирование. Врачи фиксируют те же симптомы после лёгкого сотрясения мозга. Авторы обзора в Journal of Integrative Neuroscience идут дальше и предполагают: сенсорная перегрузка от экранов в критические периоды развития мозга может повышать риск ранней деменции в зрелом возрасте.
Поколение, которое стало первым
Рассуждения о «снижении интеллекта у молодёжи» давно получили статистическую основу. Зумеры стали первой в истории наблюдений демографической группой, которая набрала меньше баллов по тестам IQ, чем предыдущее поколение. На протяжении большей части XX века всё было наоборот: каждое новое поколение показывало в когнитивных тестах лучшие результаты – это явление называют эффектом Флинна. Теперь закономерность дала сбой.
Результаты 2022 года, крупнейшего международного исследования образования, зафиксировали значительное снижение показателей по математике, чтению и естественным наукам у школьников стран ОЭСР. Падение началось примерно в середине 2000-х и ускорилось после 2010 года. В январе 2026 года нейробиолог Джаред Куни Хорват выступал перед Комитетом Сената США и указал на корреляцию между ростом использования экранов в классе и ухудшением результатов по чтению, математике и критическому мышлению.
Американские учёные подтвердили тренд на собственной выборке. Команда нейролога Ка-Хо Вонга из Университета Юты проанализировала более 4,5 млн опросов за 2013–2023 годы и выяснила: доля взрослых американцев, сообщающих о серьёзных трудностях с концентрацией, памятью и принятием решений, выросла с 5,3% до 7,4%. У молодых людей 18–39 лет показатель почти удвоился – с 5,1% до 9,7%.
Цифры, описывающие повседневность, не менее красноречивы. В 2015 году среднестатистический человек брался за телефон не менее 85 раз в сутки, в 2024-м — уже 186 раз, то есть примерно каждые пять минут. Если в «нулевые» сотрудник тратил около двух с половиной минут на задачу, требующую постоянного внимания, прежде чем переключиться, то к 2010-м это время сжалось до 75 секунд, а в начале 2020-х — до 47. Средняя продолжительность концентрации внимания упала с 12 секунд в 2000 году до 8 секунд в 2013-м.
Что именно отвлекает
Исследование Каролинского института, охватившее более 8000 детей, показало: частое использование соцсетей в возрасте 10–14 лет сопровождается постепенным снижением способности к концентрации. Причём виноваты именно соцсети, а не телевизор или видеоигры, – детей отвлекали постоянные уведомления и ожидание новых сообщений.
У детей, которые пользуются цифровыми инструментами более двух часов в день, когнитивные тесты дают более низкие результаты. Студенты при наличии отвлекающих факторов – сообщений, обновлений лент, переключения между окнами — способны сосредоточиться лишь на шесть минут.
Отдельная тема – короткие видео. Мета-анализ 2025 года, охвативший почти 100 000 участников, показал: чем активнее человек потребляет контент в виде коротких роликов, тем ниже у него показатели внимания и контроля. Исследование годом ранее связало зависимость от такого контента со слабыми исполнительным контролем и самоконтролем. Наконец, доказано, что огромный объём доступной информации способен перегрузить психику и даже вызвать паралич принятия решений.
Когнитивные ловушки
Чрезмерное потребление быстрого цифрового контента имеет узнаваемый набор последствий: когнитивная перегрузка, эмоциональное притупление, компульсивный скроллинг. Формируется так называемое клиповое мышление – мозг перерабатывает информацию через быстро сменяющие друг друга яркие эмоциональные фрагменты, не связанные между собой. Времени на анализ не остаётся, поэтому такое мышление фрагментарно: страдают логические взаимосвязи, долговременная память, а решения принимаются стереотипно и импульсивно. Для людей с таким складом ума характерны языковой минимализм, бедность эмоций и снижение творческих способностей.
В соцсетях работают и другие механизмы – «эхо-камеры» и «фильтрующие пузыри». Эхо-камера – это замкнутое пространство, где циркулируют схожие взгляды, а альтернативные либо игнорируются, либо агрессивно отвергаются. Фильтрующий пузырь возникает, когда алгоритмы платформ подбирают контент на основе прошлых действий пользователя: кликов, лайков, времени просмотра. Человек оказывается в персонализированной информационной среде и порой даже не осознаёт, что картина мира вокруг него сужается. Оба фильтра избирательно показывают то, что подтверждает уже существующие убеждения, искажая восприятие и усиливая предвзятость.
Мифы о продуктивности
Постоянные отвлечения снижают способность концентрироваться, а попытка компенсировать это усердием оборачивается ростом фрустрации и стресса. Требуемая многими работодателями многозадачность создаёт лишь иллюзию продуктивности. Исследования показывают: люди, часто практикующие многозадачность, хуже справляются с вопросами, требующими длительного внимания. Ничего удивительного – мозг не умеет решать задачи параллельно, он лишь последовательно переключается между ними.
Распространённое убеждение в пользе частых перерывов тоже не выдерживает проверки. На деле они нарушают рабочий процесс, создают ощущение нехватки времени, усиливают напряжение и снижают вовлечённость и удовлетворённость от работы.
Используй – или потеряешь
Мозг не столько ленив, сколько прагматичен: он не будет делать лишнюю работу, если её можно избежать. Востребованная функция развивается, невостребованная – атрофируется. Если человек знает, где всегда можно найти информацию, мозг просто перестаёт её запоминать. Календарь и заметки в смартфоне выгружают сведения о встречах и сроках из нейронной сети во внешнюю память.
Работает это и в конкретных навыках. Учащение использования GPS связывают с более резким снижением пространственной памяти, которая зависит от гиппокампа, а в снижении точности запоминания деталей изображений винят повсеместное распространение цифровой фотосъёмки.
Что видно на снимках
Цифровые устройства влияют не только на работу мозга, но и на его структуру. Установлена связь между интернет-зависимостью и снижением функциональной активности и плотности серого вещества – скопления тел нервных клеток – в лобной коре, которая отвечает за принятие решений и контроль проведения импульсов. При длительном погружении в соцсети уменьшается плотность серого вещества в передней поясной коре, отвечающей за память и эмоциональную регуляцию, а при активном использовании соцсетей снижается его объём в миндалевидном теле – центре регуляции эмоций.
У приверженцев многозадачности, работающих одновременно на нескольких устройствах, тоже фиксируют падение плотности серого вещества в передней поясной коре. При интернет-зависимости, помимо этого, происходят структурные нарушения белого вещества – отростков нейронов, соединяющих зоны, участвующие в генерации эмоций и когнитивном контроле. Особенно тревожит находка у детей: у тех, кто проводил много времени перед экраном, уменьшалась толщина коры головного мозга – сильнее всего в областях, связанных с языковыми и литературными навыками.
Единственным обнаруженным эволюционным преимуществом цифровых технологий оказалось улучшение навыков пространственного вращения объектов – его связывают с видеоиграми, требующими быстрой ориентации в трёхмерном пространстве. Но и здесь есть обратная сторона: чрезмерное увлечение играми снижает объём серого вещества в полосатом теле, участвующем в обработке вознаграждения, что усиливает зависимость, а уменьшение серого вещества в гиппокампе при регулярной игровой практике ведёт к ухудшению пространственной памяти.
С помощью фМРТ у людей с зависимостью от интернет-игр обнаружили нарушение активности зон, обеспечивающих когнитивный контроль и принятие решений – исследователи говорят о признаках инфантилизации, – а также сбои в работе передней поясной коры во время теста на внимание. Нарушалось и взаимодействие между этими областями, что указывает на дисфункцию нейронной сети, отвечающей за когнитивный контроль и эмоциональную регуляцию.
Есть и более простой механизм: синий свет экранов подавляет выработку мелатонина, сбивает цикл сна и бодрствования – и в итоге ухудшает когнитивные функции.
Творчество тоже не спасло
Утешительный тезис о том, что молодёжь не теряет когнитивные способности, а просто осваивает новые, не подтверждается. Не оправдалась и надежда на повышенную креативность «цифровых детей». Исследование, в котором проанализировали результаты более 300 000 творческих испытаний американских детей начиная с 1970-х годов, дало неутешительный вывод: с 1990 года креативный потенциал снижается. Дети хуже генерируют уникальный контент и необычные идеи, у них слабее работают воображение и образное мышление и хуже развито чувство юмора.
Причина лежит на поверхности. Запоминание напрямую зависит от внимания и глубины переработки информации, а мышление – от способности быстро извлекать нужное из памяти. Раньше, чтобы получить ответ на вопрос, требовалось усилие: дойти до библиотеки, найти книгу или отыскать специалиста. Теперь достаточно спросить голосового помощника.
Представим библиотеку – она и есть наш мозг, – в которую въезжает грузовик с книгами, то есть новыми знаниями. Раньше каждую книгу сначала заносили в каталог, а затем ставили на конкретную полку, чтобы потом легко найти её по теме или автору. Сегодня систематизации не происходит: грузовик просто выгружает весь кузов единой кучей в подвале. Знания формально где-то есть, но извлечь их в нужный момент почти невозможно.
Обратимо ли это
Победить цифровую деменцию можно только тренировкой мозга. В экспериментах на обезьянах учёные обнаружили передачу моделирующих импульсов: вышележащие нейроны регулировали чувствительность нижележащих. Это нейрофизиологическое подтверждение того, что нарушения внимания обратимы и поддаются тренировке. МРТ и поведенческие тесты показали: люди с большим объёмом серого вещества лучше справляются с задачами, требующими длительной концентрации и сопротивления отвлекающим факторам. А значит, объём серого вещества можно и нужно наращивать.
Мнение редакции
Самое неудобное в этой истории то, что вы, скорее всего, дочитываете её с экрана – между уведомлением из мессенджера и следующим коротким роликом. И в этом весь парадокс: индустрия, которая зарабатывает на вашем внимании, сама же финансирует исследования о том, куда это внимание девается. Вопрос уже не в том, отказываться ли от гаджетов – это невозможно и не нужно, – а в том, кто в этой связке управляет кем.
