В середине 1980-х Стив Джобс оказался в положении, которое плохо сочеталось с его публичным образом: предприниматель, увлечённый дзен-буддизмом и контркультурой, после ухода из Apple основал NeXT – компанию, выпускавшую дорогие и технически амбициозные рабочие станции. Однако университеты, на которые рассчитывал Джобс, не спешили покупать его компьютеры, а бизнесу были нужны деньги – и неожиданным клиентом стала американская разведка. По крайней мере об этом пишет издание WSJ.
В 1986 году в офис NeXT без предупреждения приехали сотрудники секретной «Программы B» из ЦРУ. Это было засекреченное направление, разрабатывавшее технологии спутниковой разведки. Джо Ромелло и Джефф Харрис хотели поговорить с Джобсом о «вопросах обороны, в особенности разведки», но деталей не раскрывали.
Сам Джобс едва ли был совершенно не готов к такому интересу. За несколько месяцев до этого он приобрёл компьютерное подразделение Lucasfilm Джорджа Лукаса, из которого позднее выросла Pixar. Вместе с активами ему достались и наработки для анализа спутниковых снимков: Pixar сотрудничала с оборонной компанией ESL и создала специальный компьютер для аналитиков разведки.
Президент ESL Роберт Колер, прежде занимавший высокий пост в ЦРУ, объяснил Джобсу, что возможности NeXT, задуманные для студентов, преподавателей и исследователей, нужны разведывательному сообществу почти в той же мере. Впрочем, на первой встрече представители ЦРУ так и не увиделись с главой NeXT. Позднее Ромелло встретился с ним в Нью-Йорке.
Джобс сразу обозначил границу:
«Не рассказывайте мне того, чего я не должен знать: я не смогу это забыть».
Ромелло и не стал объяснять конечную задачу. Он спросил, сколько рабочих станций NeXT способна поставлять за год, но Джобс назвал эти данные коммерческой тайной. Тогда сотрудник ЦРУ обозначил масштаб заказа: 20 000 машин за один год, причём с двумя модификациями.
Они не должны были выполняться силами NeXT. Покупателю требовались более быстрый процессор Motorola и специальная графическая плата Intel. Разведка не передавала Джобсу сами комплектующие и не раскрывала назначение проекта: доработку техники через посредников вели уже после поставки. Позднее Джобсу всё же оформили допуск к совершенно секретной информации, чтобы он мог посещать закрытые объекты.
Тайный покупатель
Для NeXT контракт оказался критически важным. Компания страдала от тех же особенностей Джобса, которые делали его выдающимся визионером: стремления к идеальному продукту и готовности доводить детали до идеала. Рабочие станции были слишком дороги для частных покупателей, а продажи вузам не достигли ожидаемых объёмов.
Публично NeXT сообщала лишь о сотрудничестве с федеральным правительством. Даже внутри госаппарата участие ЦРУ тщательно скрывали: формальным покупателем выступало Агентство национальной безопасности США. Лишь несколько сотрудников NeXT понимали, кто приезжает в офис и зачем.
Один из первых сотрудников компании Дэн Левин вспоминал о нескольких группах посетителей из Вашингтона. Они представлялись только по именам – «Салли», «Билл», «Санджай» – не показывали визиток, смотрели демонстрации компьютеров в присутствии сотрудников, улыбались и уходили, не задавая лишних вопросов.
ЦРУ также привлекло специалистов Sun Microsystems, уже работавших с ведомством, чтобы помочь NeXT нарастить выпуск. В первый месяц компания собрала около ста рабочих станций. Затем темпы выросли до 1,5 тысячи машин в месяц, а позже – до пяти тысяч.
Готовые компьютеры увозили ранним утром на машинах без опознавательных знаков. В подставной компании ЦРУ в них устанавливали модифицированные чипы и графические процессоры. Затем технику отправляли на военную базу Моффетт-Филд, грузили в транспортные самолёты C-5 и доставляли в засекреченные пункты назначения.
Разведка с экраном NeXT
Рабочие станции NeXTcube получили аналитики Национального управления военно-космической разведки США – NRO. Высокое разрешение дисплеев и специализированные компоненты позволяли изучать спутниковые снимки: например, замечать передислокацию войск или строительство ракетных шахт.
Но анализ изображений был лишь частью задачи. На NeXTcube создавали презентации для законодателей и президента США, совмещая видеоряд, неподвижные фотографии, голосовые комментарии и аннотации. Кроме того, компьютеры позволяли передавать данные между закрытыми сетями разведки.
Всемирная паутина тогда только появлялась, однако разведывательное сообщество фактически получило собственную работающую сеть. Ромелло говорил, что слово «интернет» тогда не употребляли: систему называли просто сетью дальней связи. Свежие снимки быстрее попадали к военным по всему миру, а командиры на базах могли самостоятельно интерпретировать первичные разведданные почти в реальном времени.
Именно это стало главным непреднамеренным последствием проекта. Система подтачивала привычную для ЦРУ модель централизованной разведки: военные всё меньше зависели от готовых выводов аналитиков и всё чаще получали исходные изображения напрямую.
NeXT встроилась в инфраструктуру спецслужб накануне большой перемены. После распада СССР в 1991 году США остались единственной сверхдержавой, а в центре внимания оказались новые угрозы: государства-изгои, рост Китая и терроризм.
Дорога обратно в Apple
Джобс не собирался надолго связывать себя с Пентагоном или ЦРУ. В середине 1990-х он сказал Харрису, который к тому времени возглавил NRO:
«Я собираюсь заново определить музыкальную индустрию».
Тогда собеседник не понял, что тот имеет в виду.
В 1996 году Apple объявила о покупке NeXT, а Джобс вернулся в основанную им компанию. Через несколько лет он вновь сосредоточил управление Apple в своих руках. Затем появились iPod и iTunes, изменившие способ покупки и прослушивания цифровой музыки. Приобретённые в нём фильмы и сериалы позднее были перенесены в Apple TV.
Наследие NeXT оказалось важнее самого бренда. Операционная система NEXTSTEP стала основой программной платформы Apple – от компьютеров Mac до iPhone. При этом сама Apple не повторила путь NeXT как крупного оборонного подрядчика. После окончания холодной войны военные расходы США резко сократились: к концу 1990-х они упали почти на 30%, тогда как рынок персональных компьютеров быстро рос.
Связи Кремниевой долины с военными и разведкой ослабли, когда их интересы разошлись. Теперь отношения снова меняются: Пентагон намерен потратить в следующем году более $1,5 трлн и вкладывается в технологии, включая искусственный интеллект, а технологические компании всё активнее возвращаются к оборонным заказам.
По мнению Дейна Эринга, работавшего над контрактом NeXT, сотрудничество с разведкой дало Джобсу ещё пять лет, чтобы укрепить компанию, вырастить её и доказать рынку, что он способен быть не только талантливым продавцом, но и руководителем устойчивого бизнеса. Без этой передышки, считает Эринга, Джобс мог бы не вернуться в Apple в роли кризисного управленца.
Мнение редакции
История с NeXT показывает, насколько условна граница между гражданскими технологиями и государственным аппаратом. Легенда о Джобсе обычно строится вокруг гаража, дизайна и индивидуального упрямства. Но за его возвращением в Apple, возможно, стоял и закрытый заказ, о котором большинство сотрудников компании даже не догадывались.
Сегодня, когда технологические корпорации вновь ищут место в военных программах, этот эпизод стоит помнить не как курьёз из холодной войны. Он может помочь внимательнее смотреть на происхождение привычных устройств – и на цену решений, которые со временем становятся частью повседневной жизни.
