Американская независимая студия А24, известная по оскароносному хиту «Всё везде и сразу», заключила официальное соглашение с Google DeepMind. По данным The Wall Street Journal, технологический гигант инвестирует в кинокомпанию $75 млн для совместного создания инструментов на базе искусственного интеллекта. Стратегическое партнёрство нацелено на разработку новых технологий для препродакшена, монтажа, работы со сценариями и визуальными эффектами.
Официальная позиция компаний звучит обнадёживающе. Генеральный директор Google DeepMind Демис Хассабис заявляет, что главная цель проекта — не заменить живых авторов, а лишь помочь им в реализации нестандартных идей и аутентичном повествовании. Важно отметить: соглашение не подразумевает передачу прав на интеллектуальную собственность инди-студии. Алгоритмы не будут обучаться на существующих фильмах А24, а сама студия получит беспрепятственный доступ к передовой инфраструктуре DeepMind для оптимизации дистрибуции и съёмочных процессов.
Однако преданная аудитория кинематографистов встретила новость с открытым негодованием. Бренд А24 традиционно ассоциируется с авторским видением, которое радикально противопоставляется конвейерным студийным блокбастерам. Внедрение машинных алгоритмов в творческий процесс ожидаемо вызвало шквал критики.
Иронично, что двадцатилетний режиссёр Кейн Парсонс, снявший для А24 один из самых успешных недавних проектов «Закулисье реальности» (экранизация популярной интернет-легенды), незадолго до анонса сделки публично осуждал использование искусственного интеллекта в творчестве.
Мнение редакции
Сделка А24 и Google — важный прецедент, который обнажает главный конфликт современного Голливуда. Технологические корпорации всё активнее проникают в святая святых — на территорию авторского замысла.
С одной стороны, новые нейросетевые инструменты действительно могут радикально удешевить производство независимого кино, дав дорогу молодым талантам. С другой — постепенно стирается фундаментальная граница между живым ремеслом и автоматизацией, а самая лояльная аудитория чувствует себя преданной, воспринимая искусственный интеллект как прямую угрозу искренности на экране.
Станет ли этот контракт началом конца для самобытного кинематографа или мы стоим на пороге небывалого технологического ренессанса? Этот вопрос пока остаётся открытым, но расстановка сил в индустрии развлечений уже изменилась безвозвратно.
