Суд в США постановил оставить под стражей бывшего инженера OpenAI Абдуррахмана Альфозана, которого федеральные власти обвиняют в тайной записи закрытых встреч компании. В ходатайстве прокуратуры говорится, что на его iPhone ФБР обнаружило папку с названием Saudi Gov Docs — «Документы правительства Саудовской Аравии».
Как сообщает Ars Technica, решение о мере пресечения принял мировой судья Алекс Тсе. Прокуратура настаивала, что Альфозан может скрыться за пределами США: у него, по версии следствия, есть финансовые возможности, связи в Саудовской Аравии, а его жена и ребёнок уже покинули страну.
Доводы обвинения
В судебном документе прокурор заявил, что Альфозан мог собирать сведения OpenAI либо ради личной выгоды, либо в интересах Саудовской Аравии. Следствие утверждает, что незадолго до задержания он просматривал на телефоне папку Saudi Gov Docs, однако её содержимое в материалах дела не раскрывается.
ФБР также изучило историю переписки в WhatsApp. По версии американских властей, Альфозан поддерживал контакт с членом саудовской королевской семьи с 2025 года — тогда же он начал работать в OpenAI. В одном из сообщений собеседник написал, что Саудовская Аравия нуждается в нём больше, чем США; в ответ, как утверждает прокуратура, инженер отправил «100».
После обращения к этой папке Альфозан, по данным следствия, воспользовался внутренним ИИ-инструментом OpenAI для поиска сотрудников, которых можно было бы пригласить на неформальную встречу высокого уровня с министрами в Саудовской Аравии. Прокуратура считает это одним из обстоятельств, указывающих на возможную связь его действий с интересами иностранного государства.
Записывающие устройства в офисе
Поводом для уголовного дела стало обнаружение скрытого записывающего устройства в переговорной OpenAI. Согласно судебному документу, оно находилось там по меньшей мере несколько дней, в том числе во время секретной встречи руководства компании с представителями властей США.
Следствие заявляет, что Альфозан использовал ИИ-агента OpenAI, чтобы выяснить, какие переговорные лучше подойдут для скрытой записи. Также, по версии властей, он изучал через личный аккаунт ChatGPT своей жены способы модифицировать устройства: настроить автоматическую запись при обнаружении речи и обеспечить удалённое управление.
При обыске дома у Альфозана, как утверждает ФБР, нашли устройства, похожие на те, что были обнаружены в офисе OpenAI. На его телефоне также якобы хранились фотографии ещё одного скрытого устройства и разъёмов телевизоров и другой техники в нескольких помещениях компании, включая переговорную, где регулярно проходили конфиденциальные встречи.
Риск побега
Альфозан — гражданин Саудовской Аравии и постоянный законный резидент США. Он переехал в страну в 2009 году, получил техническое образование в Массачусетском технологическом институте и Калифорнийском университете в Беркли, а затем более десяти лет работал в Кремниевой долине. В OpenAI он, согласно материалам суда, пришёл в июле 2025 года с базовой годовой зарплатой $325 000 и пакетом долевого вознаграждения на $2,2 млн.
Прокуратура утверждает, что на момент задержания Альфозан уже оформил билеты в один конец для себя, жены и ребёнка в Эр-Рияд. Следствие заявляет, что поездку оплатили власти Саудовской Аравии. После его задержания жена и сын, по версии обвинения, вылетели из США раньше запланированного срока; билеты бизнес-класса до Дохи, как утверждают власти, оплатил член саудовских вооружённых сил.
Защита Альфозана публично не представила позицию, изложенную в материале Ars Technica. После задержания он воспользовался правом не давать показания без адвоката. Сейчас ему вменяют незаконную запись встреч, за которую может грозить до пяти лет лишения свободы. Прокуратура допускает, что по мере расследования обвинения могут стать более серьёзными.
Американские власти подчёркивают, что не обязаны доказывать работу инженера непосредственно на иностранное правительство, чтобы квалифицировать предполагаемые действия как преступление. По их оценке, тайная запись встреч с участием руководителей OpenAI, деловых партнёров и чиновников США создаёт риски как для технологических разработок, так и для национальной безопасности.
