Apple, которая в 2016 году публично объявила борьбу с государственным «перегибом» в цифровой сфере, сегодня демонстрирует куда более уступчивое отношение к требованиям власти, подчёркивает AppleInsider в разборе двух резонансных историй — взлома iPhone террориста из Сан-Бернардино и блокировки приложения ICEBlock.
В феврале 2016 года на фоне шока от теракта в Сан‑Бернардино, где погибли 14 человек, ФБР получило iPhone 5c одного из нападавших и публично заявило, что не может получить к нему доступ. Директор ФБР Джеймс Коми на слушаниях в сенатском комитете по разведке уверял, что не просит «чёрного хода» ко всем iPhone, но при этом ведомство фактически добивалось от Apple создания инструмента для обхода защиты iOS. В Купертино утверждали, что уже предоставили все возможные данные и физически не могут «разлочить» iPhone, предложив несколько альтернативных технических сценариев доступа к информации без создания универсального программного бэкдора.
Ключевой ошибкой ФБР стало то, что агенты попытались сбросить пароль, тем самым лишив себя шанса получить свежую резервную копию из iCloud — это было бы возможно, подключи телефон к доверенной сети Wi‑Fi и оформи судебный ордер. Вместо того чтобы признать собственную некомпетентность, власти добились решения магистрата, который потребовал от Apple сделать то, чего компания, по её словам, просто не умела —создать по сути новый инструмент взлома.
В публичном письме Тим Кук предупреждал, что использование акта All Writs 1789 года для принуждения Apple к взлому устройства создаст опасный прецедент: если государство сможет один раз заставить разблокировать iPhone, оно сможет потребовать доступа к любым данным — сообщениям, финансовой информации, геолокации, микрофону и камере. Кук подчёркивал, что даже если такие методы задумываются как инструмент «для хороших парней», в реальности любой бэкдор неизбежно окажется в руках злоумышленников.
Спустя несколько недель ФБР заплатило частной хакерской фирме около $1 млн за эксплойт для iOS 9, чтобы обойти защиту устройства. Взломанный смартфон, как отмечает AppleInsider, не дал никаких новых существенных данных, хотя именно его содержимое подавалось как критически важный источник информации.
Десять лет спустя издание сопоставляет этот конфликт с новой историей — удалением из App Store приложения ICEBlock, позволяющего анонимно делиться сведениями о местонахождении сотрудников иммиграционной службы ICE в радиусе около пяти миль. Приложение, которое СМИ описывали как «Waze для ICE», стало массовым, прежде чем Министерство юстиции и администрация президента Дональда Трампа обвинили его в угрозе безопасности сотрудников и потребовали убрать сервис.
В отличие от жёсткой позиции 2016 года, Apple практически мгновенно подчинилась давлению и удалила ICEBlock и похожие приложения, формально сославшись на нарушение правил App Store об «оскорбительном» и потенциально опасном для правоохранителей контенте. При этом власти не стали добиваться судебного решения: как подчёркивает издание, это выглядело как сознательное стремление остаться в серой зоне, не связывая себя прямым приказом, который пришлось бы защищать в суде и который неизбежно столкнулся бы с Первой поправкой.
AppleInsider указывает, что десятилетиями суды в США признавали право публиковать информацию о местонахождении полиции и других силовых структур, включая отображение «спид‑трэпов» и постов ДПС в приложениях наподобие Apple и Google Maps. В этом контексте аргументы федеральных властей о том, что Первая поправка «устарела», звучат особенно противоречиво, тем более что Вторая поправка неизменно защищается теми же политиками.
Жёсткая риторика Кука из 2016 года, где он говорил о «пугающих» последствиях расширения полномочий государства, сегодня выглядит контрастом на фоне готовности компании быстро удовлетворять неформальные запросы администрации Трампа. Издание называет это проявлением трусости: отказ от борьбы за закреплённые Верховным судом права пользователей ради избежания конфликта с властью — особенно если речь идёт о свободе слова и распространения информации.
При этом авторы признают, что у Кука есть рациональный мотив — защита бизнеса и акционерной стоимости в условиях тарифов, угроз расследований и публичного давления со стороны Белого дома. Но, подчёркивают они, такая стратегия бьёт по пользователям, которые покупают устройства и сервисы Apple и обеспечивают компании реальные доходы, а не только рыночную капитализацию, и подрывает моральный капитал бренда, созданный как раз на сопротивлении избыточным требованиям государства.
